Из оперской практики

Шадринец Владимир Жиделев почти 30 лет служил в органах внутренних дел, из них 20 посвятил оперативно-розыскной работе. После окончания Саратовской средней школы милиции поступил на службу участковым уголовного розыска, прошел путь от инспектора до начальника криминальной милиции. За время службы приходилось раскрывать и тяжкие резонансные преступления, и менее значимые. Порой процесс раскрытия содержал комичные моменты. Подполковник милиции в отставке поделился рассказом.

Владимир Жиделев

– В моей практике было три случая, когда преступники оставляли документы на местах преступлений. В бане, к примеру, мужчина надел чужую чистую одежду, а свои вещи оставил вместе с паспортом. Также был случай, когда мы быстро установили подозреваемого по профсоюзному билету, потерянному на месте преступления.

А еще об одном деле я расскажу подробнее. Когда-то на рынке горкоопторга в Шадринске располагался склад, почти сарай. В ночное время сторож обнаружил кражу спиртного – 5 или 6 ящиков. Для начала дежурный горотдела направил на рынок меня и помощника-общественника (при необходимости мы вызывали опергруппу). Освещения в том сарае не было, фонариков с собой тоже, поэтому осматривать пришлось при свете зажигалки. Обнаружили мы больничный лист! Информация, указанная на документе, привела нас к частному дому, в котором находилась разгульная компания, а в сенях стояли те самые ящики с вином. Пока подозреваемые не поняли, что происходит, мы с помощником заперли снаружи двери и ставни на окнах. Я остался охранять, а он – сразу в горотдел за подмогой. Позднее мы всю эту веселую компанию вместе с партией спиртного погрузили в «автозак».

В 1978 году было сразу несколько бессонных ночей, проведенных в расследовании убийств. «Клубок» одного из них мы распутали, взяв за основу вещественные доказательства – найденные на месте преступления грампластинки. Возле школы № 10 была водоразборная колонка, около которой обнаружили молодого парня, умершего от ножевого ранения в сердце. Рядом с ним лежал дипломат с грампластинками. Мы сделали вывод, что убитый – из приезжих, поскольку в Шадринске его никто не опознал, к тому же у молодого человека не было каких-либо документов, вещей или билетов. По одной из версий, он освободился из мест заключения, но и «наколок» у него тоже не было. А убийство мы раскрыли в течение суток. Дело было так. Ночью на улице ссорилась пара. Мужчина стал избивать женщину. Проходящий мимо парень заступился за нее. Мужчина в запале выхватил нож и всадил ему в сердце. Мы выяснили, что пара познакомилась в ресторане, затем они пришли домой к этой женщине. Взяли пластинки и сложили их в «дипломат», вероятно, намереваясь продолжить вечер в гостях, и отправились дальше. Этот чемодан мы и нашли рядом с убитым. Раскрытие дела начали с установления имени владелицы музыкальных пластинок. Кому из шадринцев они могут принадлежать, понять сразу крайне сложно. Владельцы часто подписывали такие вещи, ставя какие-то закорючки, понятные только близким. Но нам удалось найти людей, которые увидели на обложке пластинки знакомую роспись. Дальнейшее раскрытие было делом техники. А личность убитого так и не была установлена.

Задержали мы троих «залетных» наркоманов без документов. Поясню, что раньше была хорошая статья в Уголовном Кодексе, по которой можно было на 30 суток арестовать за бродяжничество – по ней мы их и «закрыли». Тем временем поступила информация о том, что в лесу между Мальцевским и Ольховским трактом грибник нашел сумку с наркотиками. Трогать он ее не стал, а присыпал листьями. Мы выехали на место и обнаружили в сумке паспорта задержанных молодых людей. Пришло время доказать их причастность к наркотикам и зафиксировать все доказательства. Парни сидели в разных камерах, одного из них мы выпустили. Группа оперативников ожидала его в лесу, другая группа наблюдала, куда пойдет. Но еще на виадуке он почувствовал, что мы «пасем», и не пошел в нужном направлении. Пришлось вернуть его в камеру. Выпустили другого – вот он все-таки направился в тот самый лес. Достал сумку, и тут — опера из кустов, как в кино. Взяли с поличным в присутствии понятых, составили протокол о содержимом сумки. Задержанный взял все на себя, утверждая, что был без подельников. Но, таким же образом, мы «накрыли» и третьего подозреваемого. Мы передали всех троих в следственный изолятор, потом каждый заслуженно получил немалый срок заключения.

И еще одно очень интересное дело было в 1977 году. В милицию обратилась бабушка, у которой украли деньги. Огромная в то время сумма – 800 рублей. Для сравнения, у меня зарплата была 130 рублей. Подозревала она другую бабушку, которая недавно приходила к ней в баню. Гостья прилегла на кровать – отдохнуть после баньки, а полиэтиленовый мешочек с деньгами был рядом, за ковром. Женщина, видимо, случайно обнаружила тайник, а потом резко собралась и ушла. Пропажа была обнаружена позднее, через трое суток. Шансов на раскрытие преступления было мало, потому что за это время кто угодно мог украсть деньги. Заявление я брать не стал. Вызвал бабушку, которая была в гостях у потерпевшей, откатал отпечатки пальцев и пояснил: на месте остался кусочек полиэтилена. Если деньги взяли она, на нем обязательно остались отпечатки пальцев. Бабуля, конечно, перепугалась и «раскололась». Съездили к ней домой, она отдала мне украденные деньги. Я пошел в сберкассу, завел книжку на имя потерпевшей и положил на нее деньги – раньше так можно было. Пригласил женщину в отдел и вручил ей эту сберкнижку с пожеланием не устраивать больше никаких тайников. А через пару дней меня начальник вызывает на ковер. Я же заявление от бабушки не взял и не зарегистрировал преступление. А получилось так, что она пришла к начальнику горотдела поблагодарить за оперативную помощь. На месте его не было, зато была секретарь, которая всегда была в курсе всего. Соответственно, наша бабуля и рассказала ей о случившемся. Секретарь написала текст от имени благодарной гражданки и передала в редакцию городской газеты. То есть, «спасибо» получилось через СМИ. В заметке автор выражал надежду на то, что руководство поощрит инспектора Жиделева. Руководитель горотдела, когда прессу читал, запросил материалы, чтобы ознакомиться, а их нет! В газете есть, а у милиции нет! Конечно, никакой премии он не назначил, но и наказывать меня не стал.

Надежда Уварова

Фото предоставлено В. Жиделевым.