Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Индекс конфликтности деловой среды в России достиг максимума

Индекс конфликтности деловой среды, который рассчитывают инвестиционная компания А1 и Московская школа управления «Сколково», в первом квартале 2022 года показал рекордное значение за все время его расчета. Показатель достиг 2,23, притом что предыдущее наивысшее значение во втором квартале 2021 года было 2,2, а к четвертому кварталу прошлого года индекс снизился до 2,15. При расчете показателя эксперты используют специальную формулу, в которой учитывается число компаний, представляющих интерес для корпоративного спора, количество судебных исков по корпоративным статьям в отечественных судебных инстанциях, а также число упоминаний корпоративных конфликтов в СМИ.

По мнению авторов доклада, такой рост связан с тенденцией на повышение деловой активности, так как "российская экономика окончательно отыграла постпандемийный эффект роста с низкой базы". В результате в первом квартале этого года число судебных исков в российские арбитражи выросло до 5219. С другой стороны, количество компаний, которые соответствуют критериям индекса, незначительно снизилось: с 235 тысяч в четвертом квартале 2021 года до 233 тысяч в первом квартале этого.

Опрошенные "РГ" эксперты согласились с тем, что рост этого показателя может свидетельствовать о повышении активности отечественных предпринимателей. Так, директор Центра экономической географии и регионалистики Института прикладных экономических исследований (ИПЭИ) РАНХиГС Степан Земцов отметил, что, возможно, речь идет о наложении двух факторов — роста экономической активности после пандемии и геополитическими событиями последних месяцев. "При росте экономической активности, безусловно, возрастает число споров между контрагентами", — рассказал он.

В то же время, как отметил эксперт, в марте этого года многие иностранные компании заявили о приостановке своей деятельности в России, что не могло не сказаться на числе корпоративных споров, так как почти сразу появились проблемы с поставками и оплатой сырья и материалов. "Поэтому ожидается, что во втором квартале индекс конфликтности может несколько возрасти. Впрочем, нужно знать методику расчета: например, в период пандемии конфликтность снижалась в результате снижения деловой активности, а также моратория на банкротства и ограничений в работе судов", — объяснил Земцов.

В текущих условиях также необходимо понимать контекст. Число конфликтов возрастает, так как уже больше двух лет экономика находится в кризисной ситуации, а в последние 2,5 месяца — в ситуации идеального шторма. На это в разговоре с "РГ" указал управляющий директор консультационной группы "ТИМ" Виктор Миронов.

"Срываются контракты на поставку из-за курсовых разниц и санкционных ограничений, рвутся логистические цепочки, становятся затруднительными трансграничные платежи. Все это приводит к нарушениям договоров, возникновению споров и конфликтов. Корпоративные споры — это прямое следствие изменений и сложностей в бизнесе", — объяснил он.

Кроме того, эксперт обратил внимание на то, что число конфликтов растет из-за начавшегося в конце февраля выхода многих инвесторов из различных бизнес-проектов, а также противоречий между менеджментом и собственниками. При этом, по его словам, говорить о "постпандемийном эффекте" можно только в том смысле, что все поняли — те проблемы в масштабе нынешних уже воспринимаются как "легкие неурядицы". "В период пандемии многие проблемы откладывались за счёт средств собственников бизнеса или господдержки. Теперь даже психологически откладывать невозможно, возникает необходимость решить застарелые проблемы, и это приводит к конфликтам", — рассказал Миронов.

При этом стоит обратить внимание на еще два уникальных и существенных фактора роста числа бизнес-конфликтов. На это указал партнер, руководитель антикризисного направления компании Rights Business Standard (RBS) Павел Русецкий.

По его словам, первый фактор является прямым следствием событий на международной арене: доступных ресурсов в целом становится меньше, поэтому конкуренция за владение ими обостряется. Второй же фактор пока остается незамеченным, но с каждым днем он приобретает большую значимость. Санкции и контрсанкции осложнили или сделали невозможным международное движение капитала, поэтому большое количество свободных рублей сейчас фактически заперты в России.

"Если ранее капитал свободно конвертировался в иностранную валюту и мог использоваться для инвестиций за границей, что выражалось в ежегодном чистом оттоке капитала из России, то теперь это стало просто невозможно или очень затруднительно. Отечественному капиталу временно ограничили возможности: осуществляются только инвестиции в России, в том числе в форме недружественных поглощений, потому что перспективных новых проектов для бесконфликтного инвестирования не так много", — указал эксперт.

Профессор департамента организационного поведения и управления человеческими ресурсами Высшей школы бизнеса НИУ ВШЭ Станислав Киселев, в свою очередь, отметил, что конфликты, в том числе корпоративные, можно рассматривать как положительное явление. "Конфликты неизбежны в нашей жизни, ведь это лишь один из способов решения проблем: возможно, более мощный, быстрый и неудобный, эмоционально заряженный, но он побуждает бизнес, менеджеров рассматривать другие идеи и альтернативы", — объяснил он. Кроме того, эксперт отметил, что использование бизнесом правовых форм разрешения противоречий, в том числе через суд, — это хороший показатель.

Киселев также рассказал, что необходимо рассматривать саму суть проблемы, так как существует много форм конфликтов: например, структурные, информационные или конфликты интересов. По словам эксперта, чаще всего причинами таких ситуаций в бизнесе чаще всего выступают плохая коммуникация, недопонимание и разница во мнениях, интересах и ценностях.

More from my site

Top