Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Катастрофа, апокалипсис и другие оценки ситуации в лесопромышленной отрасли. Обобщение

Катастрофа, апокалипсис и другие оценки ситуации в лесопромышленной отрасли. Обобщение

Москва. 22 июня. — Лесопромышленники видят ситуацию в отрасли на фоне санкций как критическую: производство падает, логистика дорожает, экспорт по большинству позиций оказался под ударом. После 10 июня, когда фактически вступит в силу запрет на поставки продукции российского лесопромышленного комплекса в Европу («пятый» санкционный пакет ЕС), станет только хуже, констатировали в среду участники «круглого стола» в Совете Федерации на тему «Состояние лесопромышленного комплекса в условиях санкционного давления недружественных стран».

«Отрасль подходит к апокалипсису»

Как серьезную ситуацию оценивают не только бизнес, но и, судя по всему, регуляторы.

«Время действительно для нас очень непростое», — отметила в рамках заседания директор департамента легкой промышленности и лесопромышленного комплекса Минпромторга РФ Вера Хмырова.

И привела ожидания министерства по динамике производства отрасли — уже в мае-июне будет падение, «по некоторым позициям значительное». Такая же динамика ожидает цены: «Мы видим и прогнозируем дальнейшее снижение цен. И тоже оно будет весьма значительным просто потому, что предприятия вынуждены переключаться на внутренний рынок и снижать стоимость».

Рослесхоз в свою очередь фиксирует снижение лесозаготовки, особенно на Северо-Западе, по некоторым регионам «на десятки процентов», сообщил в рамках «круглого стола» замглавы ведомства Александр Панфилов.

«Если смотреть на всю отрасль ретроспективно, ну да, она немножко пострадала. На самом деле ситуация гораздо хуже», — оценил ситуацию генеральный директор ООО «Свеза-Лес» Анатолий Фришман.

Еще более категоричен был генеральный директор АО «Череповецкий ФМК» (производит плиты и фанеры) Илья Коротков: «Я хочу акцентировать внимание на том, что действительно отрасль подходит к такому апокалипсису».

«Компании оказались в беспрецедентной ситуации, потому что всегда считаем какие-то риски, одни, другие, третьи, но никогда они в жизни вместе не срабатывали. Сейчас они сработали все вместе. Началось все это с прошлого года, когда ввели антидемпинговые пошлины на российскую продукцию в Евросоюзе, продолжилось все сейчас санкциями, имеем мы курс, дикий для экспортеров, к иностранным валютам, и соответственно практически нет на сегодня господдержки никакой, то есть все стараются, но мы пока ничего не ощутили на себе, плюс рынки закрылись», — перечислил Коротков составляющие апокалипсиса.

Экспорт схлопывается, внутренний спрос пока не растет

С 10 июня российские лесопромышленники не смогут завозить свою продукцию в Евросоюз. Более всего это ударит по производителям фанеры. По данным, которые привела представитель Минпромторга, в стране производится 4 млн тонн этой продукции, 3 млн тонн идут на экспорт, из них 60% поставлялись в ЕС. То есть стоит задача найти потребителей на 2 млн тонн фанеры.

«Ситуация приближается к катастрофической», — считает Фришман («Свеза», крупнейший производитель фанеры в РФ, единственная в российском ЛПК оказалась под прямыми санкциями заодно с другими активами Алексея Мордашова). Сейчас загрузка предприятий «Свезы» составляет 30-35%, «что по сути катастрофа». К этому, как я понимаю, движутся и другие производители постепенно», — сказал он, отметив, что если сейчас экспортировать в недружественные страны не может только «Свеза», то после 10 июня не смогут и остальные.

На это накладывает падение цены на продукцию ЛПК на других рынках, что во многих случаях делает экспорт нерентабельным. Что касается внутреннего спроса, то участники «круглого стола» указывали на отсутствие возможности существенно наращивать потребление по ряду позиций: например, фанера в строительстве заменяется более дешевыми плитами (в Европе экологические требования, наоборот, стимулировали потребление фанеры), а пеллеты вряд ли будут сжигать в котельных при текущих планах по газификации и наращивании потребления угля.

«Ни по одному из видов лесной продукции российский рынок, кроме мебели, более 25-30% не обеспечит емкости по спросу и никогда не обеспечивал», — полагает вице-президент по реализации государственных программ, устойчивому развитию и лесной политике Segezha Николай Иванов.

Что касается экспорта, то, он, учитывая необходимость выстраивания новых логистических цепочек на Восток, становится слишком дорогим и часто даже нерентабельным.

«Сопоставление по цифрам дает рост логистических затрат от 2,5 до 4,7 раза в связи с необходимостью осваивать новые рынки», — подсчитал топ-менеджер Segezha, доля экспортных поставок в выручке которой по итогам 2021 года превышала 70%.

Он привел в пример поставки пеллет, которые раньше везлись в Европу, а теперь приходится отправлять в азиатские страны, например, в Корею, где эту продукцию еще готовы закупать. По некоторым контрактам с учетом затрат на логистику цена доходила до минус 15 евро, посетовал Иванов.

«Что при этом делает производитель? Он, естественно, останавливает производство», — резюмировал он.

Отсутствие субсидий далеко не единственная проблема логистики.

«Крайне важно обеспечить какие-то объемы, контейнерные поезда в сторону Китая, какие-то гарантированные объемы, гарантированные тарифы, потому что сейчас даже при возможности продать, даже при том, что мы находим клиентов, мы не можем организовать логистику», — отметил в частности Фришман.

Инвестиции на полках

Минпромторг готов поддержать лесопереработчиков, в том числе реанимировав меры поддержки в виде субсидирования транспортировки экспортной продукции или настояв на обнулении вывозных пошлин на сырые пиломатериалы (против такой меры выступают Минфин и ФТС, опасающиеся «перетока» в этот код ТН ВЭД сухих пиломатериалов), следует из выступления Хмыровой.

Еще одна мера готовится в части поддержки инвестиций.

«В планах у нас продления выполнения обязательств по приоритетным инвестиционным проектам (ПИП — ИФ) со сроком выполнения до 1 сентября 2024 года еще на год. Фактически мы на три года хотим отложить выполнение обязательств в связи со сложной ситуацией по приоритетным проектам», — анонсировала чиновница.

Участники «круглого стола» приветствовали эту меру, добавляя, что надо бы также разрешить в рамках ПИП использовать другое оборудование, так как по ранее заключенным контрактам оно не поставляется.

«У многих компаний проекты сейчас просто ложатся на полку. Деньги, наверное, появятся, но нет возможности ввезти оборудование. Соответственно сейчас у многих компаний — у нас, например, «Сегежа Восток», «Сегежа Запад» — полностью исключена поставка оборудования для производств из Европы. И мы сейчас эти проекты переформатируем на китайских производителей», — сообщил Иванов.

Он добавил, что в связи с переходом на оборудование азиатских производителей хорошо бы пересмотреть и схемы финансирования проектов.

«Если раньше мы финансировались за счет различных схем экспортного финансирования немцев, финнов и так далее, то такую же схему надо выстраивать с китайскими партнерами, и здесь я тоже думаю, что без участия государства у нас не получится», — отметил топ-менеджер.

Энтузиазм лесопереработчиков в части ПИП, возможно, несколько охладила ремарка замглавы Рослесхоза, который отметил, что ведомство пока не видит падения заявок на заключения контрактов по ПИП (позволяет получать лесные участки в аренду под обязательства запустить производство определенной продукции к определенному сроку).

«Я даже не знаю, хорошо это или плохо. То ли это показывает безответственность тех, кто эти заявки делает, то ли здесь еще какие-то (факторы — ИФ)«, — сказал Панфилов.

«Не хотелось бы подставлять инвесторов под жернова признания их в последующем неблагонадежными. Планы я бы все-таки рекомендовал откорректировать», — добавил он.

Рубль и не только

Слово «катастрофа» не раз прозвучало в ходе «круглого стола». В очередной раз его произнес Иванов применительно к влиянию укрепления рубля на экспорт.

«По поводу 50 рублей за доллар США, это реально катастрофа для всей обрабатывающей промышленности», — сказал он, отметив, что если проблемы сложно решить быстро в отношении многих валют, то надо подумать хотя бы о валютах стран ЕАЭС.

«Рубль, который на 40%, или на 45%, наверное, уже по сегодняшнему дню, вырос по отношению к тенге и другим валютам ЕАЭС, это просто нонсенс. Понятно, что Белоруссия наш союзник, Союзное государство, но как-то они справляются с курсовой разницей и в том числе успешно грузят на Казахстан, Узбекистан, а у нас есть проблемы», — отметил Иванов.

Фришман указал на необходимость снизить нагрузку на экспортеров продукции ЛПК с точки зрения валютного регулирования.

«Пока ничего не происходит с точки зрения валютного регулирования. Здесь тоже нужно обратить внимание: очень важно с валютным контролем поработать над отменой, снижением нагрузки с части репатриации (выручки — ИФ). Потому что мы понимаем, что сейчас очень много происходит различных курсовых изменений, имеется в виду, что валюты меняются, меняются цепочки поставок и так далее, соответственно, ослабление валютного регулирования поможет экспортерам существенно», — сказал он.

В числе прочих замечаний прозвучало предложение создать в РФ собственную систему сертификации лесоматериалов международного уровня после того, как международные FSC и PEFC стали в силу санкций недоступны (этот фактор участники отрасли называли значимым с точки зрения перспектив наращивания экспорта на новые рынки).

«Не нужно пытаться создавать какие-то эрзацы каких-то ушедших систем FSC, PEFC. Все-таки если и необходимо создавать, то полноценную сертификацию, гармонизировать ее в первую очередь с коллегами из ЕАЭС, Китая. Такая работа, она в принципе уже инициировалась, но ее нужно усилить», — отметил Иванов.

При всей апокалиптичности мнений участников «круглого стола» о будущем лесной отрасли некая доля позитивного настроя присутствовала в одном из прозвучавших на заседании предложений. Segezha попросила государство создать правовой механизм для «перехвата» управления предприятиями и лесными участками у инвесторов из недружественных стран. Видимо, при всей катастрофичности ситуации есть надежда, что получение новых активов в долгосрочной перспективе сулит выгоду.

More from my site

Top